Страна неукрощенного огня
В России предпочитают не предупреждать техногенные катастрофы, а мужественно бороться с их последствиями
Сергей Птичкин
19.04.2011
В Сибири начались первые в этом году лесные пожары. И сразу обширные. По информации МЧС, зафиксировано более 50 очагов возгораний, большинство из которых находятся в Забайкалье, Бурятии, Красноярском крае. Огнем охвачено около тысячи гектаров тайги.
Лес – наше богатство. Об этом знали не столь уж и далекие предки нынешних «дорогих россиян». И всеми возможными способами это богатство берегли, защищали и всячески приумножали. Увы, последние четверть века национальное достояние уничтожается самыми варварскими способами. Беда пришла на излете советской эпохи, когда появились первые лесозаготовительные кооперативы и возможность легального экспорта древесины за рубеж через весьма сомнительные совместные предприятия. После 1991-го уничтожение русского леса приняло тотальный и совершенно варварский характер. Варварство было полностью узаконено новой редакцией Лесного кодекса и поправками в другие законодательные акты страны.
Вырубаются тысячи гектаров вековых корабельных елей, кедров, древнейших дубов, могучих лиственниц. Самые ценные породы дерева идут за рубеж по бросовым ценам. На Дальнем Востоке и в Сибири находчивые предприниматели вообще придумали россиянское ноу-хау. Там стали поджигать лес, в котором растут самые древние и самые ценные породы деревьев. Причем, поджигать «по-умному». Проследив за тем, чтобы выгорал сухостой, и только слегка обгорала кора лесных великанов. Все! Древесина, которая, образно говоря, до пожара ценилась на вес золота, после такого пала формально превращалась в бесполезные головешки. Получалось, что лихие предприниматели, которые брались вырубить под корень пожарища, еще совершали и благое дело – очищали за свой счет места для будущих посадок. Возможно, кое-где им еще за эту тяжкую работу и доплачивали из местных бюджетов.
А миллионы срубленных стволов реликтовых сосен, елей, лиственниц и кедра многокилометровыми эшелонами как шли, так и идут в Китай. Там, к слову сказать, за такие шалости сразу к стенке ставят. А у нас - все для бизнеса, все во имя бизнеса.
В неравной битве с лесными бандитами, которых можно уподобить только фашистам, пришедшим на чужую территорию с целью грабежа, погибло немало честных лесников, местных народных депутатов и просто неравнодушных к своей земле и к русскому лесу людей. А чтобы лесники не мешались, им стали урезать полномочия и стремительно сокращать штатные единицы. Сейчас на всю огромную по лесным угодьям страну осталось чуть больше пятнадцати тысяч тех, кто имеет право пресекать незаконные вырубки. А минимальное количество, которое необходимо для нормального контроля за состоянием леса – более семидесяти тысяч профессиональных лесников.
Да и что могут формальные защитники леса, если они на самом-то деле ничего и не могут. Разве что составить протокол по факту незаконной вырубки жадными или, наоборот, нищими обывателями елок под новый год. Хотя и это сегодня небезопасно. А против промышленной вырубки леса и промышленного пала они бесправны. Огромные массивы леса, где растут самые ценные породы дерева, давно отданы в частные руки. А частная собственность в России, если кто не знает, неприкосновенна. И пусть на глазах очень честного лесника будет твориться форменное варварство, сделать он ничего не сможет.
В России на протяжении четверти века ежегодно уничтожается лесными пожарами тысячи и тысячи гектаров леса. Еще раз повторю – лучших, зачастую реликтовых пород. Однако высшая государственная власть, включая президента и премьера, встрепенулась один раз. Летом прошлого года, когда Москву, а значит Кремль, Белый дом, здания Госдумы и Совета Федерации окутал удушающий смог.
Надо же такому было случиться – горел восток области, но ветер был на запад. Дул бы он в сторону от Москвы, власть и прекраснодушные москвичи по-прежнему находились бы в полном неведении о том, что лесная Россия сгорела почти вся.
Повезло стране с ветром. На борьбу с лесными и торфяными пожарами бросили несметные людские силы, оснащенные последним словом высоких технологий – ранцевыми брызгалками. МЧС дали почти неограниченные полномочия, подкрепив их экстремальным бюджетным финансированием. Ну как можно экономить – русский лес горит! Потом подвели итоги. В результате минувших летних пожаров 3,5 тысячи человек остались без крова. К слову, всем им еще до наступления зимы построили очень комфортабельное жилье. В проигрыше оказались те, кто дома свои в огне отстоял. Это еще один парадокс сегодняшнего уклада жизни в России. Безвозвратные потери от лесных пожаров прошлого года: 53 человека погибли в огне, 2 миллиона гектаров зеленых насаждений полностью уничтожены, общий ущерб – 450 миллиардов рублей.
Прошла небывало снежная и очень морозная зима, завершается долгая и холодная весна. Начинаются новые, почему-то всегда неожиданные стихийные бедствия: паводки, подтопления-затопления, лесные пожары и, вполне возможно, еще более жаркое лето и новая огненная стихия по всей стране. Отражать коварную агрессию будут мужественные спасатели МЧС во главе со всеми уважаемым и народно любимым Сергеем Кужугетовичем Шойгу.
А как можно не победить, если само министерство – наверно, лучшее во всем правительстве по общему комплексу показателей. Оно прекрасно управляется, в нем работают аналитические центры, научно-исследовательские институты, испытательные полигоны самой различной направленности. Как говорят, есть даже собственная служба экстрасенсов, по наитию предсказывающих грядущие катастрофы. Оцените техническую оснащенность российских спасателей, вполне вероятно, она, может быть, и лучшая в мире.
Вот только техника у МЧС почти сплошь зарубежная. Лучшая на планете! С другой стороны, техники этой не так уж и много в силу ее дороговизны. Оснащенность нашего МЧС очень эффектно демонстрируется на «резонансных» катастрофах. Какое-то жуткое землетрясение, к которому приковано внимание всей планеты, цунами, опять же в далеких странах. И тут наши спасатели со своим супероружием в мускулистых руках. Ну и в России, в бой с природной стихией, естественно, первыми всегда идут спасатели, которых во всех наиболее эффектных ракурсах показывает телевидение.
А битву, если говорить о лесных пожарах, как правило, выигрывает плохо обмундированное и почти не обученное народное ополчение огнеборцев. О них телевизор молчит.
В этом году с неизбежно грядущими ледяными заторами, наводнениями, а потом и пожарами будут бороться долго и героически, освоив миллиарды бюджетных рублей. А ведь эти задачи можно решить дешево и очень быстро. Ледяные заторы под присмотром МЧС у нас бомбят бетонобойными бомбами летчики ВВС, обстреливают из минометов обычными фугасными минами армейские артиллеристы, подрывают тротиловыми шашками те же армейские саперы или специальные саперные службы МЧС. Султаны ледяной крошки, вспучивающийся лед – красиво, но абсолютно неэффективно. Физика образования и разрушения льда принципиально отличается от физики бетона и брони.
Профессионалы-взрывотехники давно предлагают соответствующим структурам МЧС разработать специальные ледобойные боеприпасы. Профессионалы-взрывотехники МЧС с этим согласны. Не согласен министр. Он, похоже, не видит разницы между льдом и бетоном. Раз бомба или мина рвет в клочья железобетон, она однозначно должна разрушить в капли отвердевшую субстанцию всего-то воды. То, что вода не сжимается и не дробится, министр, наверное, просто забыл. Посмотрим, как эффективно МЧС ликвидирует ледяные заторы уходящей весны.
А теперь самое страшное из стихий грядущего лета: лесные и торфяные пожары. Из госбюджета на борьбу с этой бедой миллиарды рублей были выделены еще в прошлом году. Что готово предложить «спасательное министерство»? Ничего принципиально нового. Кроме закупок за рубежом дорогого, но очень «эффективного» оборудования для пожаротушения. В те времена, когда Сергей Шойгу работал молодым специалистом-строителем, в СССР разработали комплексную программу борьбы с лесными пожарами и сильными пожарами на промышленных предприятиях. В документальных директивах реализовать ее до 1991-го не успели. Позволю напомнить о том, что мы уже имели, в те годы я работал в «оборонке», знаю.
Лесной пожар, если его не тушить, переходит в огненный шторм, когда горит все кругом и температура достигает сотен градусов по Цельсию. Это война, это огненная атака. И победить можно только используя стратегию и тактику боя. В противоборстве с огненной стихией – это афганский, можно сказать, вариант БШУ – бомбо-штурмовых ударов. Советская армия использовала такую тактику впервые, и она оказалась очень эффективной. В конверсионном варианте, модном в конце 1980-х годов, предполагалось в эпицентр огненного шторма наносить сначала удар специальными противопожарными пятисоткилограммовыми бомбами АСП-500. Такой удар сбивал верховое пламя, резко понижал температуру горения. Дальше наносился штурмовой авиационный удар самолетами-танкерами, сливавшими сотни тонн воды на еще горевший лес. Затем прилетали вертолеты, которые из специальных емкостей сбрасывали на оставшиеся очаги горения новые тонны воды. А потом на место недавнего сплошного пожарища вступала пехота огнеборцев, которая из ранцевых опрыскивателей добивала локальные возгорания. Пожар любой мощности тушился за несколько часов.
Что осталось от давнего комплексного подхода к борьбе с огненными шквалами, штормами и просто обширными лесными пожарами? Самолеты и вертолеты, сливающие воду, которая, не долетев до земли, большей частью испаряется. И волонтеры с ранцевыми распрыскивателями, при помощи которых можно загасить тлеющий кустик, но никак не полыхающую тайгу.
В прошлом году, уже после того, как завершились разборы летних пожаров, я спросил Сергея Шойгу: «Будут применяться АСП-500 в будущем или нет?». Министр посмотрел на меня и ответил вопросом на вопрос: «Вы с ума сошли?».
«Почему?!», – воскликнул я. «Да потому, что лично я никогда не отдам приказ на противопожарное бомбометание!» – изрек министр. «Почему?» – уже более спокойно спросил я. «Да потому, - С. Шойгу посмотрел на меня как на дилетанта-несмышленыша, - что полутонная бомба может упасть на голову добровольца-пожарника, который мужественно борется с огнем и ничего не знает о предстоящем бомбометании. И осколки бомбы могут убить зазевавшегося огнеборца. Никогда бомбы МЧС применять не будет, из гуманных соображений». Глава МЧС своим ответом вынес приговор АСП-500.
Какие живые люди могут находиться в эпицентре огневого шторма, где температура приближается к тысяче градусов Цельсия? Спрашивать министра лично мне было уже неудобно. Впрочем, если профессионализм летчиков пожарной авиации МЧС позволяет опасаться сброса бомб не в эпицентр пожара, а по его периметру, то здесь министр прав, бомбометанию в его ведомстве не место. Благо, что боевые бетонобойные бомбы и мины на ледовые заторы метают пилоты ВВС и артиллеристы Вооруженных сил, которые пока еще своего мастерства не утратили.
Оставим бомбы, как нечто действительно опасное. В МЧС широко применяется технология подавления огня методом сброса воды из подвешенных под вертолетами емкостей. Что это такое, мы себе примерно представляем, нам показывали по «ящику». Вода набирается в ближайшем водоеме в многотонную «корзину», а потом сливается над местом пожара. Если огонь не очень сильный – эффект проявляется сразу. Если пожар бушует во всю свою мощь – большая часть воды, не достигнув очага, улетает в виде пара.
В стенах одного из ведущих оборонных предприятий СССР давным-давно было создано и предложено к реализации принципиально новое устройство противопожарных емкостей, подвешиваемых к вертолетам. Это бак, наподобие ракетного отсека, вмещающий до 7,5 тонн огнегасящей смеси. Емкость крепится к вертолету, но жидкость не сливается, а выбивается специальным зарядом, вроде того, который выталкивает из шахт огромные межконтинентальные ракеты. В результате к месту пожара летит многотонный и плотный объем воды, распыляющийся в непосредственной близости от огня. Эффект потрясающий. Самое жаркое пламя не выдерживает столь интенсивного удара и гаснет. И никакой волонтер, по недомыслию оказавшийся в эпицентре лесного пожара, от такого душа не погибнет. Наоборот, ему полегчает. Знают ли об этой чудо-технологии в МЧС? Сомневаюсь. Во-первых, не подчиненные министра додумались до такой «простой» идеи. Во-вторых, применение подобных технологий значительно удешевляет пожаротушение.
Я совсем не хочу бросить хоть тень сомнения на высочайший профессионализм министра Сергея Шойгу. Как-никак, среди государственных деятелей в России он ветеран. На посту министра бессменно уже двадцать лет. Более того, лично мне представляется, что ведомственный спасатель может вполне претендовать на роль государственного спасителя Отечества – выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах в 2012-го. А если он еще реализует в борьбе со стихиями русские ноу-хау – победа ему гарантирована.
Фронт борьбы необъятен, в сущности – вся страна. Сейчас на территории России функционирует около сорока пяти тысяч потенциально опасных объектов.
Наиболее крупные промышленные предприятия созданы более семидесяти лет назад, износ их производственных фондов приближается к 90 процентам. Износ технологического оборудования в химическом комплексе составляет более 80 процентов. Около половины магистральных трубопроводов эксплуатируется более двадцати лет. Ремонт и замена изношенного оборудования намного отстают от потребностей. Около двухсот водохранилищ эксплуатируется более пятидесяти лет без требуемых реконструкций и ремонта. В Российской Федерации эксплуатируется более 65 тысяч гидротехнических сооружений различного назначения, в том числе около 30 тысяч напорных, решающих задачи гидроэнергетики, водного транспорта, сельского хозяйства, других отраслей. Практически все напорные гидротехнические сооружения потенциально опасны для населения и экономики страны. Около десяти процентов гидротехнических сооружений являются бесхозными, треть не имеет службы эксплуатации, более шести тысяч гидротехнических сооружений нуждается в капитальном ремонте. Четыреста гидротехнических сооружений находятся в аварийной эксплуатации, 63 процента сооружений в эксплуатации от двадцати до пятидесяти лет, 17 процентов – более пятидесяти лет, в том числе, около трехсот сооружений эксплуатируется свыше ста лет. В связи с продолжительной эксплуатации и недостаточным объемом проводимых ремонтно-восстановительных работ происходит разрушение основных конструкций сооружений, заиливание водохранилищ и создается высокая вероятность возникновения чрезвычайных ситуаций, особенно при прохождении весенних половодий и поводков. В зонах риска крупных водохранилищ расположено около 370 населенных пунктов с численностью населения более одного миллиона человек, а также многочисленные объекты экономики.
Это не досужая страшилка, изложенная канцелярским языком, а выдержка из официального доклада МЧС нашему правительству.
Можно добавить, что аварийность на промышленных предприятиях в Российской Федерации примерно в 100 раз превышают аналогичные показатели в странах Европейского Союза. Износ оборудования запредельный.
Кто эту беду должен купировать? Наверное, не МЧС. Однако в государстве нашем, в отличие от Евросоюза или США, нет четкого разграничения сфер ответственности, зато есть низкий уровень взаимодействия и координации между органами исполнительной власти на всех уровнях, а также между собственниками потенциально-опасных объектов и эксплуатирующими их организациями. Распределение бюджетных средств по многочисленным и недостаточно увязанным между собой федеральным и региональным целевым программам, усиление негативного воздействия антропогенных факторов и нарушение установленных норм и правил эксплуатации потенциально опасных объектов. Системы предупреждения и оповещения ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций на потенциально опасных объектах проектируются и устанавливаются организациями, зачастую не обладающими требуемой квалификацией. Слабая подготовка и низкая трудовая дисциплина персонала потенциально опасных объектов, пренебрежение к требованиям безопасности собственниками и эксплуатирующими организациями, несоответствие нормативно-правовой базы и обеспечения безопасности современным условиям.
Опять же, это не «ужастик», а данные из докладных записок аналитиков МЧС в правительство, показывающие реальное состояние всей отечественной промышленной инфраструктуры. Не астрологи, а серьезные аналитики прогнозируют уже с грядущего лета нескончаемую череду природных и техногенных катастроф. Реакция правительства одна: увеличение бюджета МЧС...
Источник:
Столетие
1
